Шизофренический или диссоциативный комплекс это

Шизофренический или диссоциативный комплекс это

Dissociative disorders in oncology: psychopathology,
comorbidity with personality disorders

А.B.Smulevich1,2, S.V.Ivanov1,2, L.K.Myasnikova1, S.Y.Dvoynikov3, M.A.Samushiya2, D.S.Petelin2
1Mental Health Research Center RAS, Moscow;
2First Moscow State Medical University I.M.Sechenov, Russian Ministry of Healthcare;
3N.N.Blokhin Russian Cancer Research Center, Moscow

Summary.
Introduction. Nosogenic (related to stress) dissociative disorders (NDD) induced by cancer are of high prevalence and may be associated with poor compliance. However till now NDD in oncology have been studied predominantly in the context of psychological (denial) or behavioral (procrastination in seeking medical help) paradigm.
Objectives – clinical psychiatric assessment of oncological stress induced NDD and personality disorders as a basis for NDD manifestation and phenomenological differentiation.
Methods. 44 oncology patients with NDD given informed consent were selected according to binary model of dissociation – detachment-dissociation (DD) and compartment-dissociation (CD), assessed using psychiatric interview and psychometric scales (17 and 27 patients respectively).
Results. Key clinical features of NDD studied were as follows: DD – negation of the fact of cancer and/or its life threatening nature, non-compliance (complete/partial rejection of medical help); CD – negation (complete/partial) of emotional and/or cognitive components of stress reaction, good compliance. In all cases studied NDDs were presented as secondary psychopathological phenomena. DD is manifesting on the basis of overvalued ideas of full somatic well-being in schizophrenic nosogenic reactions in patients with schizotypal personality disorders. CD is manifesting with binary structure (anti-hypochondria with «la belle indifference» behavior in front and illness anxiety behind) in neurotic nosogenic reactions in patients with hysterical personality disorders features.
Conclusions. Nosogenic dissociative disorders in oncology patients are clinically and behaviorally (in terms of compliance) heterogenous, may influence cancer outcome (especially DD type – procrastination in seeking medical help) and deserve further clinical research to clarify their symptomatology and elaborate matching methods of therapy.
Key words: dissociative disorders, personality disorders, stress, nosogenia, oncology.

Введение

Материалы и методы

Настоящее исследование выполнено сотрудниками отдела по изучению пограничной психической патологии и психосоматических расстройств (руководитель – академик РАН, профессор А.Б.Смулевич) ФГБУ Научный центр психического здоровья РАН (директор – академик РАН А.С.Тиганов) и кафедры психиатрии и психосоматики Института профессионального образования ГБОУ ВПО Первый МГМУ им. И.М.Сеченова Минздрава России (ректор – член-корреспондент РАН, профессор П.В.Глыбочко) на базе ФГБНУ Российский онкологический научный центр им. Н.Н.Блохина (директор – академик РАН М.И.Давыдов). На момент обследования все пациенты проходили стационарное или амбулаторное лечение (получали лучевую и/или химиотерапию либо находились в пред- или послеоперационном периоде хирургического лечения онкологического заболевания).
В исследовании использовались клинический и психологический (психометрический) методы3. Диагностическая процедура осуществлялась в рамках клинического метода на основе непосредственного обследования больных и включала анализ психического состояния, субъективных и объективных анамнестических сведений (учитывалась информация, полученная от пациентов, близкого окружения и лечащих врачей-онкологов), медицинской документации (истории болезни, амбулаторные карты). В итоге в рамках клинических разборов с участием сотрудников ФГБУ НЦПЗ РАН под руководством академика РАН А.Б.Смулевича и профессора С.В.Иванова формулировалось диагностическое заключение. Психологическое обследование предусматривало применение трех опросников: 1) «Мини-мульт» (базовые шкалы методики выявляют такие показатели, как ипохондрия, депрессия, истерия, психопатизация, паранойяльность, психастения, шизоидность, гипомания); 2) личностный опросник Бехтеревского института (диагностика типов отношения к болезни у пациентов с хроническими соматическими заболеваниями)4; 3) индекс жизненного стиля (определение защитных механизмов).
В исследование включались пациенты любого пола в возрасте 18–75 лет с онкологической патологией, верифицированной в процессе стационарного/амбулаторного обследования в ФГБНУ РОНЦ им. Н.Н.Блохина. Облигатным условием отбора было наличие стойких диссоциативных расстройств (F44 по Международной классификации болезней 10-го пересмотра – МКБ-10), манифестирующих в ответ на стресс, связанный с процессом диагностирования злокачественного новообразования (F43 по МКБ-10). В ряду критериев исключения учитывались другие формы расстройств сознания (делирий, сумерки, псевдодеменция, синдром Ганзера), тяжелые энцефалопатии и другие формы органического поражения нервной системы (опухоли головного мозга, атрофическоие заболевания) с выраженной деменцией; прогредиентно протекающие эндогенные заболевания (шизофрения); терминальные состояния онкологических и других соматических заболеваний с выраженной сердечно-легочной, печеночной и почечной недостаточностью; злоупотребление и зависимость от психоактивных веществ (алкоголь, наркотики).
Для реализации основной задачи – изучения стойких, стресс-провоцированных диссоциативных расстройств, сопровождающихся отчуждением травматического события – перитравматической диссоциации (E.Holmes и соавт., 2005), а также для установления клинических характеристик конституциональных аномалий, выступающих в качестве «почвы» для манифестации этих расстройств, предусматривалось проведение сравнительного исследования двух типов диссоциативных расстройств (согласно представленной выше бинарной модели) – сепарирующей диссоциации и изолирующей диссоциации. Соответственно, формировались две группы пациентов с диссоциативными расстройствами, провоцированными одним и тем же нозогенным стрессом (онкологическое заболевание). Распределение пациентов по группам осуществлялось на основании следующих психопатологических и поведенческих критериев:
1) группа ДД (основная) – полное/частичное отчуждение самого факта травматического события (злокачественного новообразования) и его угрожающих жизни последствий: отрицание болезни и/или связанной с ней угрозы жизни с некомплаентным поведением (отказ от специализированной онкологической помощи);
2) группа КД (контрольная) – полное/частичное отчуждение компонентов реакции на стресс (эмоциональных, когнитивных) без сепарации стресс-провоцированных событий при сохраняющейся способности тестирования реальности: отрицание тревоги и мыслей о неблагоприятном исходе заболевания при адекватном уровне комплаентности.
Представленные критерии двух типов диссоциации сформулированы с учетом дефиниций, приводимых в цитированных выше публикациях, и адаптированы к ситуации нозогенного (связанного с онкологическим заболеванием) стресса. Также следует отметить вынужденные различия в методике обследования, обусловленные поведенческими особенностями больных. Информация по сепарирующей диссоциации получена преимущественно ретроспективно (субъективные/объективные сведения), так как поступление таких пациентов в онкологическую клинику означало как минимум значительную редукцию явлений отчуждения факта болезни. В свою очередь все пациенты с изолирующей диссоциацией обследованы непосредственно в периоде изучаемой нозогенной реакции.
При статистической обработке учитывалось, что результаты исследования представляют собой характеристику двух независимых, ненормально распределенных малых выборок с широким диапазоном значений. Соответственно, наряду с методами дескриптивной статистики использовались U-тест Манна–Уитни и тест Колмогорова–Смирнова.
Выборку исследования составили 44 пациента (7 мужчин и 37 женщин), разделенных на две группы: основную – группа ДД (17 человек) и контрольную – группа КД (27 человек)5. По социально-демографическим характеристикам основная и контрольная группы оказались сопоставимыми (табл. 1) без достоверных различий по всем параметрам (возраст, образование, социальный и профессиональный статус). Исключение представляет распределение пациентов по полу: в основной группе удельный вес мужчин выше, чем в контрольной, – 41,6% против 8% соответственно, что согласуется с клинической структурой диссоциативного расстройства (преобладание при КД истерических феноменов, предпочтительных для женщин; А.Б.Смулевич, 2012).

Читайте также:  Если болят зубы и десны народные средства

Средний возраст пациентов основной группы составил 61,2±8,4 года, контрольной – 54,7±8,8 года. В обеих группах большинство пациентов имеет высшее образование, среди них преобладают квалифицированные специалисты, служащие, предприниматели, научные работники, что свидетельствует о достаточно высоком социальном статусе.
После проведения соответствующих статистических перерасчетов в пределах двух выделенных групп достоверных различий по перечисленным в табл. 1 показателям не обнаружено.
По локализации злокачественных новообразований обе группы также можно считать сопоставимыми (p=0,174), что позволяет исключить тип злокачественного новообразования из числа потенциальных факторов, способствующих дифференциации диссоциативных расстройств (табл. 2).

С учетом того обстоятельства, что в изученную выборку включены пациенты, страдающие разными по локализации злокачественными новообразованиями, а в онкологии классификация опухолей носит комплексный характер (тяжесть состояния и прогноз заболевания зависят не только от размеров опухоли, распространенности процесса, наличия/отсутствия местных и распространенных метастазов, но и от гистологического типа опухолевых клеток), то объединить их в единую систему стадирования опухолевого процесса затруднительно. В силу сказанного выше оказалось возможным распределить обследованных по характеристикам опухолевого процесса: ранние, промежуточные и запущенные формы (табл. 3).
Необходимо подчеркнуть, что между изначально (на диагностическом этапе) сопоставимыми группами пациентов на отдаленных этапах патологического процесса выявляются существенные различия. Уже на этапе лечения более половины (58,8%) пациентов – 10 из 17 человек основной группы могут быть расценены как тяжелые, относящиеся к запущенным/терминальным формам онкологических заболеваний – с плохим прогнозом (IIIB–IV стадии)6; в контрольной группе на данном этапе та же доля (59,2%) больных – 16 из 27 человек относятся к промежуточным формам (IIB–IIIA стадии) с сомнительным прогнозом.
До развития онкологического заболевания и сопряженных с ним психических расстройств большинство пациентов основной группы за психиатрической помощью не обращались (единственное исключение – пациент, лечившийся амбулаторно по поводу панических атак). В контрольной группе потребность в лечении у психиатров в анамнезе возникла у 3 пациентов: в 2 случаях проводилась стационарная терапия в связи с реактивной депрессией; в 1 наблюдении за 35 лет до момента обследования пациентка перенесла послеродовый психоз, потребовавший госпитализации в психиатрическую клинику.

Диссоциативные расстройства – психические расстройства, сопровождающиеся бессознательной дезинтеграцией определенных психических функций (памяти, сознания, ощущения личностной идентичности и т. д.). Являются защитной реакцией психики на непереносимый острый или хронический стресс. Могут проявляться утратой отдельных воспоминаний и собственной идентичности, чувством отчуждения собственного тела или своеобразными изменениями сознания. Диагноз выставляется на основании анамнеза и клинических проявлений. В процессе диагностики тщательно исключают другие заболевания, способные вызвать подобные расстройства. Лечение – психотерапия, лекарственная терапия.

  • Причины диссоциативных расстройств
  • Классификация диссоциативных расстройств
  • Формы диссоциативных расстройств
    • Диссоциативное расстройство идентичности
    • Диссоциативная амнезия
    • Диссоциативная фуга
    • Деперсонализационное расстройство
    • Транс и одержимость
    • Другие диссоциативные расстройства
  • Цены на лечение

Общие сведения

Диссоциативные расстройства – группа достаточно разнородных психических расстройств, характеризующихся бессознательным отчуждением некоторых психических процессов. Впервые термин «диссоциация» был использован французским психиатром, психологом и невропатологом Пьером Жане. Широкой публике данный феномен, в основном, известен по фильмам о множественных расстройствах личности («Цвет ночи», «Сибил») и диссоциативных фугах («Долгий поцелуй на ночь»), однако в жизни эти расстройства встречаются реже других разновидностей диссоциации: диссоциативной амнезии, деперсонализации и диссоциаций при трансовых состояниях.

Случаи легкой диссоциации знакомы любому человеку. К подобным состояниям относятся «странное» восприятие себя и окружающего мира после бессонной ночи, медитация, «уход» в альтернативный придуманный мир или в собственные мысли во время чтения интересной книги или долгой поездки в автобусе и другие подобные ситуации. При клинических значимых диссоциативных расстройствах «разрыв» между различными психическими функциями становится более выраженным, определенные психические процессы полностью обособляются. Большинство диссоциативных расстройств возникают однократно, носят полностью обратимый характер и заканчиваются выздоровлением. Лечение осуществляют специалисты в области психиатрии.

Причины диссоциативных расстройств

Непосредственной причиной развития патологического состояния становится острая или хроническая психотравмирующая ситуация. Диссоциативные расстройства нередко наблюдаются в обстоятельствах, связанных с непосредственной угрозой для жизни больного: при природных и техногенных катастрофах, автомобильных авариях, крушениях поездов, насилии во время криминальных инцидентов и т. п. Кроме того, пусковым моментом может стать угроза всему тому, на основании чего больной формирует представление о собственной личности, ее целостности и значимости.

Диссоциативные расстройства может провоцировать смерть близких (наряду с потерей близкого человека пациент теряет и часть себя – как мужа, отца, жену, мать и т. д.), разрывы значимых отношений, увольнения, особенно при неопределенных или неблагоприятных перспективах дальнейшего трудоустройства (удар по профессиональной идентификации, падение личной ценности в социуме), банкротство, потеря собственного жилья и другие значимые травматические события. Иногда из-за несовпадения личной системы ценностей пациента с системами ценностей других людей причиной расстройства становятся события, не представляющие значимости для окружающих.

Выделяют три группы факторов, увеличивающих риск развития диссоциативного расстройства. Первая – индивидуальные особенности больного, склонность к легкому вхождению в трансовые состояния. Обычно эта способность выявляется у чувствительных, впечатлительных людей с богатым воображением. Вместе с тем, имеет значение наличие нормальных адаптационных механизмов. Если в детстве такой человек живет в благоприятном окружении, у него формируются здоровые способы приспособления к изменению внешних условий, и вероятность развития диссоциативного расстройства снижается.

Читайте также:  Подготовка мужчины к инсеминации

Вторая – неблагоприятные условия жизни в детстве: ранняя потеря близкого человека, тяжелая болезнь, физическое и психологическое насилие в семье или в школе, особенно при эмоциональной изоляции, отсутствии поддержки и понимания со стороны взрослых. Третья – предыдущий травматический опыт. Диссоциативные расстройства чаще развиваются у людей, которые в прошлом воевали либо находились на территории военных действий, подвергались пыткам или продолжительному насильственному внушению, будучи жертвами террористов или участниками секты.

Классификация диссоциативных расстройств

Существуют разные подходы к классификации диссоциативных расстройств. Психиатры традиционно используют данный термин для обозначения трех патологических состояний: диссоциативной фуги, диссоциативной амнезии и диссоциативного расстройства идентичности (множественной личности). В американское руководство по диагностике психических расстройств, наряду с перечисленными состояниями, включают деперсонализацию. В МКБ-10 отражено семь диссоциативных состояний:

  • Диссоциативная фуга
  • Диссоциативная амнезия
  • Диссоциативные расстройства движений и ощущений
  • Диссоциативный ступор
  • Диссоциативные конвульсии
  • Транс и одержимость.

Формы диссоциативных расстройств

Диссоциативное расстройство идентичности

Причиной развития является интенсивное или длительное психотравмирующее воздействие в детском возрасте. Критическими факторами выступают: раннее нарушение привязанности (отсутствие контакта с матерью в возрасте до 2 лет), насилие, заброшенность и игнорирование ребенка. Диссоциативное расстройство проявляется наличием нескольких личностей в одном человеке. Личности могут быть разного пола, возраста и национальности, каждая имеет свою историю. Переход от одной субличности к другой осуществляется внезапно, каждая субличность не знает о существовании остальных и не представляет, что происходило за время ее «отсутствия».

Основной целью лечения диссоциативного расстройства является объединение разных личностей – такой подход позволяет обеспечить нормальное существование больного, его безопасность и интеграцию в общество. Используются различные психотерапевтические методики, в том числе – когнитивная психотерапия, гипноз, психодинамическая терапия, семейная психотерапия. При сопутствующих депрессивных расстройствах и выраженной тревоге назначают антидепрессанты. Диссоциативное расстройство идентичности требует длительной терапии. В литературе описаны случаи успешной интеграции даже при большом количестве субличностей, однако, многое определяется возрастом больного, его способностью и готовностью переносить стрессы, связанные с объединением «альтер эго», и другими факторами.

Диссоциативная амнезия

Диссоциативная амнезия – достаточно распространенное расстройство. Представляет собой частичную или полную потерю памяти на события, вызвавшие тяжелый психологический стресс. При этом больной находится в сознании, признает амнезию, ориентируется в собственной личности и сохраняет воспоминания о других событиях. Эта форма диссоциативного расстройства чаще выявляется у молодых женщин, пострадавших во время стихийного бедствия либо находившихся на территории военных действий. Кратковременные эпизоды диссоциативной амнезии нередко возникают при потере близких и других трагических событиях.

Лечение – создание благоприятной психологической атмосферы, психотерапия, в некоторых случаях в сочетании с лекарственной терапией. Утраченные воспоминания можно восстановить с помощью гипноза, однако, иногда они могут вызвать ухудшение состояния пациента с диссоциативным расстройством, поэтому решение о необходимости применения данной методики принимают индивидуально. Для выработки более адаптивных способов реагирования на психотравмирующие ситуации применяют когнитивно-поведенческую терапию и психодинамическую терапию, для облегчения контакта больного со своими чувствами и безопасного выражения переживаний используют различные виды креативной психотерапии. Прогноз благоприятный, обычно наблюдается полное выздоровление.

Диссоциативная фуга

Диссоциативная фуга – диссоциативное расстройство, при котором больные внезапно покидают дом, утрачивая воспоминания о своей прежней личности. Одни пациенты находятся в растерянности, другие создают новую личность, порой – весьма правдоподобную. Появление новой личности сопровождается изменением поведения. При продолжительной диссоциативной фуге больные могут устраиваться на работу по другой специальности и создавать новые семьи. В последующем прежняя личность возвращается, и пациент, страдающий диссоциативным расстройством, обнаруживает себя в незнакомом месте с новой, неизвестной ему жизнью. Воспоминания о существовании в период фуги утрачиваются.

Как правило, психиатры и психотерапевты работают с больными, уже пережившими возвращение к прежней личности, поскольку в период фуги больных ничто не беспокоит, и они не обращаются к специалистам. Лечение диссоциативного расстройства – помощь в переработке травмирующей ситуации, спровоцировавшей фугу. При продолжительной фуге может потребоваться помощь в адаптации к прежней жизни, поскольку многие пациенты тяжело переносят перемены, произошедшие за время их отсутствия. Прогноз благоприятный, обычно наблюдается полное выздоровление.

Деперсонализационное расстройство

Деперсонализация – диссоциативное расстройство, проявляющееся ощущением чуждости собственного тела или собственных психических процессов. Может быть периодическим или постоянным, сопровождаться эффектами искажения пространства и времени, восприятием себя, как робота или как человека, живущего в сновидениях. Пациент как будто не живет, а наблюдает за своей жизнью со стороны, не имея возможности ей управлять. Деперсонализация нередко сочетается с дереализацией – ощущением нереальности окружающего мира.

Различают деперсонализацию при различных психических расстройствах (шизофрении, депрессии, биполярном аффективном расстройстве, паническом расстройстве) и синдром деперсонализации-дереализации, как самостоятельное диссоциативное расстройство, обусловленное непереносимым стрессом. Причиной развития данного синдрома могут стать стихийные бедствия, аварии, насилие, жесткое обращение в детстве и пр. Установлено, что все виды деперсонализации связаны с повышенным уровнем тревоги, поэтому при лечении этого расстройства используют транквилизаторы и антидепрессанты. Прогноз при синдроме деперсонализации-дереализации благоприятный, при симптоматических деперсонализациях состояние определяется течением основного заболевания.

Транс и одержимость

Транс и одержимость – диссоциативные расстройства, сопровождающиеся временным изменением сознания, снижением способности осознавать собственную личность и происходящие события. Возникают у медиумов и служителей некоторых культов. В повседневной жизни могут наблюдаться у водителей, летчиков и представителей других профессий, связанных с длительным монотонным напряжением в сочетании с высокими скоростями и однообразием визуальных ощущений. Трансовые состояния могут становиться причиной авиакатастроф и автомобильных аварий.

Читайте также:  Клиника лиц на восстания

При трансовых диссоциативных расстройствах, обусловленных проведением религиозных и оккультных ритуалов, может потребоваться психотерапевтическое лечение (гештальт-терапия, психоанализ, рациональная психотерапия) на фоне приема транквилизаторов. При трансах, связанных с выполнением профессиональных обязанностей, основную роль играют профилактические меры: регулярный отдых (в случае, если остановка невозможна – замена управления транспортным средством другим водителем либо пилотом), остановки в пути и кратковременный сон.

Другие диссоциативные расстройства

Диссоциативными конвульсиями называют псевдоприпадки, которые довольно точно могут имитировать припадки при эпилепсии, но не сопровождаются полной потерей сознания, непроизвольным мочеиспусканием и прикусыванием языка. Диссоциативные расстройства движений и ощущений представляют собой временные выпадения чувствительности или нарушения движений. Диссоциативный ступор проявляется временной полной или почти полной неподвижностью и отсутствием реакции на внешние раздражители при сохранении сознания. Лечение всех перечисленных диссоциативных расстройств – психотерапия, иногда в сочетании с лекарственной терапией.

Под син­дромом понимают патогенетически обусловленную общность симптомов, признаков психических рас­стройств, внутренне взаимообусловленных, взаимо­связанных. Каждый из патопсихо­логических синдромов включает в себя ряд симп­томов. Совокупность симптомов есть синдром (симптомокомплекс). Синдром — обусловленное об­щим патогенезом устойчивое сочетание взаимо­связанных позитивных и негативных симптомов.

Шизофрения — психическое заболевание с тен­денцией к длительному непрерывному волнообраз­ному или приступообразному течению, приводящее к особым, отличным от органических изменени­ям личности, проявляющимся в виде снижения энергетического потенциала, эмоционального обед­нения и нарастающей интровертированности. На­ряду с этим у больных шизофренией отмечается разнообразная симптоматика, не являющаяся абсо­лютно специфической для этой болезни, — бред, галлюцинации, кататонические или гебефренные расстройства, депрессия или мания, неврозо- и психопатоподобные расстройства. Характерна для этой болезни, дискордантность психических функций — рассогласование и дисгармоничность мышления, эмоций, моторики («шизо» по-гречески «расщеп­ляю», а «френ» — «разум»).

Шизофренический, или диссоциативный, симптомокомплекс, выявляемый в ходе эксперименталь­но-психологического исследования, складывается из таких личностно-мотивационных расстройств, как изменение структуры иерархии мотивов, нару­шение целенаправленности мышления (резонер­ство, разноплановость и др.), эмоционально-воле­вых расстройств (уплощение и диссоциация эмо­ций, парабулии и др.), изменения самооценки и са­мосознания (аутизм, отчужденность и др.).

Мышление больных шизофренией, их устная и письменная речь утрачивают целенаправленность, последовательность, логичность. Больной легко сбивается, теряет нить рассуждений. Отмечаются наплывы мыслей индифферентного содержания, которые больной не может прервать, иногда вне­запные обрывы («голова становится пустой»). Сам процесс мышления становится объектом внимания больных, утрачивает свой «автоматический характер». Исчезают об­разные компоненты, начинает преобладать склон­ность к абстракции и символике. У больных появ­ляется тяга к бесплодным рассуждениям, витиевато­сти речи (резонерству).

Для шизофрении характерны значительные из­менения в эмоциональной сфере. Они носят двоя­кий характер. С одной стороны, наблюдается про­грессирующее обеднение эмоциональных реакций, с другой — их неадекватность, парадоксальность.Больной смеется в неподходящей ситуации, спокой­но констатирует грустные для него и окружающих события, но часто неадекватно и бурно реагирует на совершенно ничтожные происшествия.

Одной из характерных особенностей шизофре­нии является снижение психической активности («энергетического потенциала»). У больных по­степенно снижается уровень активности, им все труднее становится учиться, работать. Любая де­ятельность, особенно умственная, требует все большего и большего напряжения. Концентрация внимания дается все с большим трудом. Утомля­ет общение с другими людьми.

Целый ряд особенностей выявляется в поведении больных, главным образом в сфере межличностных отношений. Больным шизофренией свойственна интровертированность — преобладание жизни внутрен­ним миром. При развитии заболевания эта тенденция значительно нарастает, достигая степени аутизма — «ухода в себя», приво­дящего к нарушению межличностных отношений. Больной становится молчаливым, начинает избегать контактов с людьми, так как лучше чувствует себя в одиночестве.

Изменяются внешний облик больных, мимика и жесты, манера поведения, формы реакций на раз­личные жизненные события. Мимические дви­жения не соответствуют определенной ситуации, внутренним переживаниям, а свидетельствуют о расщеплении целостного эмоционально-мимичес­кого реагирования.

Изменяется также голос: исчезают эмоциональ­ные модуляции, утрачиваются нюансы интонации, о волнующем и безразличном больные говорят од­ним тоном («деревянный голос»).

Внимание при шизофреническом симптомокомплексе также имеет свои специфические особенно­сти. Как правило, при относительно сохранном ин­теллектуальном уровне и относительно сохранной памяти внимание нарушается в значительно боль­шей степени. Характерен диссонанс между боль­шей сохранностью непроизвольного и более заметным нарушением произвольного внимания.
Память страдает преимущественно за счет сни­жения ее мотивационного компонента. При этом может уменьшаться объем непосредственной памя­ти, нарушаться динамика мнестической функции. Опосредованная память страдает в значительно большей степени вследствие нарушения функции опосредования.

Воображение на ранних стадиях болезни, осо­бенно в психотических состояниях, характери­зуется относительно высокой продуктивностью. Наблюдается разнородность образов, их нереали­стичность, сверхоригинальность, а также склон­ность к символизации. На более поздних стадиях развития заболевания и при неблагоприятном те­чении шизофренического процесса обнаруживает­ся снижение уровня воссоздающего и творческого воображения.

Мотивационно-потребностная сфера при ши­зофреническом патопсихологическом симптомокомплексе характеризуется нарушением структу­ры и иерархии потребностей, часто проявляется в виде сосуществования гомеостатических и отдель­ных высших потребностей (познавательных, эсте­тических) при ослаблении потребности в безопас­ности, самопроявлении и т. д. Отмечается также нарушение побудительной и смыслообразующей функции мотивов. Нарушения мотивационной сферы неизбежно приводят к нарушениям лично­стного смысла. Личностный смысл — это то, что в норме создает пристрастность человеческого со­знания и придает определенную значимость явле­ниям, изменяет в восприятии человека сущность, значение этих явлений. У больных шизоф­ренией личностный смысл предметов и явлений часто не совпадает с общепринятыми и обуслов­ленными реальной ситуацией знаниями челове­ка о них.

Важно отметить, что вся описанная симптоматика развивается на фоне непомраченно­го сознания и не является транзиторной. Следова­тельно, речь идет о глубоких и стойких изменениях личностной структуры, которые могут усиливать­ся при обострении болезни, но никогда не исчезают полностью.

Дата добавления: 2015-02-22 ; просмотров: 131 | Нарушение авторских прав

Ссылка на основную публикацию
Шелушатся крылья носа что делать
Шелушение кожи – верный признак ее поражения, нарушения естественного процесса обновления поверхностности эпидермиса и отторжения рогового слоя. Ситуация может сопровождаться...
Шарик в рот фото
Кляпы, расширители рта от Lux Fetish Кляпы для рта из полиуретана Кляп в виде пластикового шарика с отверстиями, которые позволяют...
Шарик на шее с правой стороны
Припухлость на шее люди часто замечают у себя сами, она может быть болезненной и безболезненной в зависимости от причины возникновения....
Шелушатся пятки на ногах что делать
Сухие пятки – это распространенная проблема, что доставляет дискомфорт, ощущается стянутость, зуд, портиться внешний вид кожи. Чтобы вернуть ножкам мягкость,...
Adblock detector